Древний Киев

6da56594

К глубочайшему раскаянию, Киев не продуцирует управляющих из собственной среды. Они идут снаружи — другие, безразличные. За всю историю Киева мегаполисом никогда в жизни не управляли киевляне. Даже за 200 лет существования должности муниципального конструктора ее занимали всего лишь два-три киевлянина. А то, что у власти располагаются люди, не устоявшиеся тут, говорит, что неприятности города их не занимают, — сообщает Д. Васильевич.
Теперь появился сайт киева, где можно узнать подробную историю города.
— Адресуемся к русской истории. В 1934 году Киев стал столицей УССР. Тогда в город пришла управляющая команда из Харькова — Постышев, Косиор, а с ними прибыли и проектировщики. По преданию, когда харьковчане переходили Днепр, Постышев, глянув из окна вагона на многие соборы и колокольни, возвышавшиеся над зелеными буграми, заявил, что город имеет «несоциалистический» тип. И стартовало образование «социалистического вида» — уничтожались соборы, кроме того в основном российского барокко — самое важное и драгоценное. В их числе были шедевры — Михайловский Златоверхий храм, Благовещенский храм на Подоле, Пирогоща. А это монументы ХІ—ХІІ веков. Вместо них подрастали строительные «монстры» вроде сооружения НКВД — в настоящее время там Дом правительства. В знаменательном центре Киева, на Михайловской площади, обещала выйти государственная площадь с Зданием правительства на месте убитого для этого Михайловского Златоверхого храма. Исчезала и киевская традиция красновато-коричневых фасадов. Искусность каменщиков из-за «большевистских темпов» вышла на нет, а свежий кирпич выпускался невысокого качества. Так, Факультет биохимии на улице Леонтовича, 9 сделан из кирпича испорченной церкви Царскосельской клиники и из кремированной в 1920 году мельницы Бродского на Подоле.

После битвы 1941—1945 годов. поменялось коренастое население Киева. В 1914 году в городке было 623 тыс граждан, затем данная численность сокращалась и начала увеличиваться в 30-х гг.. В 1940 году в столице было 930 миллионов населения. Когда стартовала битва, в армию ушло 200 миллионов киевлян, 325 миллионов эвакуировались на запад, 100 миллионов (и это молодежь) увезли в Германию, более 100 миллионов киевлян нацисты шлепнули в Бабьем Яру. В середине 1943 года в столице осталось 180 миллионов киевлян. После битвы, разумеется, люди возвращались с фронта и из эвакуации. Однако к тому времени Киев лишился обладателей здоровый памяти, городской культуры и классического быта. Послевоенное обновление города нуждалось в огромном количестве рабочих рук — их доставляло село. Колхозники тогда были лишены документов, и молодежь бежала в Киев, чтобы идти в ремесленные училища. Я вспоминаю таблички в парках и скверах: «По газонам не ходить», «На траве не лежать». Ездящие из присел «пировали» на траве с батоном и селедкой — Московской вкуснятиной. Трава желала больше, чем городской камень… Но Киев не украинизировался в середине 40-х— конце 50-х годов прошлого столетия: снова пришедшие киевляне рвались в кратчайшие сроки пройти на русский — «городской» язык в давно русифицированном Киеве, им не желалось рассуждать на украинском — «сельском», «это неприлично».

Истинные киевляне до сегодняшнего дня не принимают правую сторону Крещатика — это «советский самопал», там ничего нет от старой азиатской архитектуры: опасались рокового воздействия Востока. Тогда Хрущев управлял Украиной, и архитекторы смогли привести до его данные, что классическая российская майолика — диво, которого нет ни у кого во всем мире. Так и начался свежий Крыжеватик — с покрытыми кружевной керамической плиткой фасадами и необычными керамическими украшениями, похожими на белые тортики. Городской фольклор донес до нас выражение старых киевлян — «бред умалишенного кондитера».

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *